Просмотров: 446

Ночь музеев, Костёнки

Подробности  «Российская Газета»

koctenky Юбилейный, пятый фестиваль древнего мира прошел в музее-заповеднике «Костенки» под Воронежем.
На территории заповедника находится около 60 стоянок охотников каменного века (палеолита). Здание музея возведено над жилищем древнего человека, выстроенным из костей мамонта и обнаруженным в ходе раскопок. За сезон музей посещают до 10 тысяч человек.
— Желаю всем войти в образ древних людей, — напутствовал гостей директор музея Виктор Попов.
Палеолитбюро
Посетителей встречают два бюста древних хозяев этих мест, черный и белый. Лепили не с натуры, реконструировали по найденным в захоронениях черепам и другим приметам. Черный похож на отпустившего бороду Шарикова, белый — на Пушкина. Интеллигентные люди.
— Они были совершенно такие же, как мы. Если палеозойского младенца перенести в наше время, он вырастет, ничем не отличаясь от своих сверстников, — рассказала главный научный сотрудник музея Ирина Котлярова.
Аспирант Антон Родионов сосредоточенно ковырял куском оленьего рога кремневую пластину с острым краем. Он делал пилу. Тема его диссертации «Технология производства орудий труда на стоянке Костенки» и технологией этой он овладел в совершенстве.
Рогом Антон выламывал кусочки режущей кромки, та становилась зубчатой. Зубцы получались неровные, но острые — кремень тем и приглянулся нашим предкам, что раскалывается на куски с острыми краями.
Еще полчаса ковыряния и каменная пила размером с расческу готова. Ей можно резать древесину: медленно, утомительно, но можно. Древним обитателям Костенок спешить было некуда — до супермаркетов со стройматериалами оставалось еще 20 тысяч лет.
Антон отложил пилу, взял новый кусок кремня и стал бить по нему круглым булыжником. Кремень охотно кололся на тонкие, разлетающиеся в стороны пластины.
— Каждая из этих пластин — готовый инструмент: нож, скребок, наконечник, — пояснил Родионов. Руки у него в мелких порезах — издержки производства.
Культура быта
Люди палеолита не знали железа, но умели пользоваться холодильником. Рядом со своими жилищами они вырубали в вечной мерзлоте ямы и хранили там запасы пищи.
Их культура простиралась до живописи: стены музея украшены фотографиями наскальных рисунков, найденных при раскопках аналогичных стоянок во Франции: мамонт, бизон, мохнатый носорог. Воронежские охотники то ли не рисовали, то ли археологи до их творений пока не добрались. Зато на одной из стоянок под Костенками нашли изящное ожерелье из клыков песца.
Ангелов-хранителей древних звали мамонты. Огромные, до четырех метров в высоту, поросшие длинной шерстью животные обеспечивали охотников всем необходимым: пищей, одеждой, строительным материалом для жилищ, жиром для их освещения и бивнями для поделок. Необходимо было лишь убить ближайшего мамонта и расчленить его на полезные ингредиенты.
Как охотились в палеолите, наука пока не решила. Каменные и костяные острия не способны пробить 5-сантиметровую кожу зверя. По одной из версий, охотники подстерегали мамонтов на путях миграций и перерезали им коленные сухожилия. Лишенные возможности передвигаться гиганты умирали от голода и жажды. По другой мамонтов не калечили, а загоняли в пропасть. Некоторые исследователи считают, что охотники селились рядом с кладбищами животных.
Педагогическая сноровка
На площадке перед музеем кишел детский праздник. Горстка вожатых в считанные минуты приняла из автобусов толпу галдящих школьников, разбила их на отряды, научила кричать кричалки, держаться вместе, построила на линейку и развела по состязаниям. Педагогическая сноровка потрясала.
— Это на первый взгляд диковато, а после трех лет лагерей нормально, — улыбнулась на бегу девушка с галстуком педотряда.
Состязания заключались в лазании по альпинистским веревкам, нахождении двух одинаковых мамонтов на картинках и другим палеозойских забавах. Полосу препятствий преодолели все. Подошел следующий отряд и состязание началось по новой.
В музее, над мамонтовыми костями кричали друг на друга актеры народного театра из Лисок. Взрослых пригласили на спектакль «День отдыха» по Катаеву. После отбоя их ожидали уха и шаман у костра.
На Костенки опускался вечер. По улицам гуляли нарядные пары. Неподалеку от музея из распахнутых настежь ворот доносилась песня: там был свой праздник, накрытый во дворе стол и собака, сидящая у ворот… В темнеющем небе высветилась первая звездочка. Успокоительно стрекотали кузнечики, издалека куковала кукушка, соловей выводил отрывистые трели.
В музейном саду Антон Родионов бил и бил булыжником по кремню. Вокруг стояли люди и смотрели, как он работает. Неподалеку горел костер. Все было, как 20 тысяч лет назад. Через полчаса вокруг Антона сидело семь или восемь детей. Все они сосредоточенно били булыжниками по кремню.

Антон Валагин

Запись опубликована в рубрике Российская Газета с метками , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.